Воспоминания советского ветерана - изнасилованные немки. Изнасилование Берлина: неизвестная история войны Насилие в годы второй мировой войны
Изнасилование во время вооруженных конфликтов всегда имеют военно-психологическое значение как средство запугивания и деморализацию противника. В то же время насилие над женщинами выступало как манифестация сексистского (т.е. чисто мужского) и расистского синдромов, особенно сильного в масштабных стрессовых ситуациях.
Военные насилия отличаются от изнасилований, совершенных в мирное время. Сексуальное насилие во время войны или в ходе вооруженного конфликта может иметь двойное значение, если осуществляется в больших масштабах. Оно служит не только для унижения конкретного лица, которое его испытывает, но и для демонстрации народу государства-противника, что его политические лидеры и армия не способны защитить его. Поэтому такие акты насилия, в отличие от осуществляемых в повседневной жизни, происходят не тайком, а публично, нередко даже с принудительным присутствием других людей.
В общем выделяют три черты, которые отличают военное сексуальное насилие от изнасилований совершенных в мирное время. Первая — это публичный акт . Враг должен видеть, что происходит с его «собственностью», потому насильники нередко насилуют женщин перед их собственным домом. Это акт против мужа (символически отца нации или лидера противника), а не акт против женщины. Вторая — групповое изнасилование . Боевые товарищи совершают его в одном согласии: каждый должен быть как другие. Это отражает постоянную групповую необходимость укреплять и воспроизводить солидарность. Иными словами, пить вместе, гулять вместе, насиловать вместе. Третья — убийство женщины после сексуального насилия .
Доступные исследователям документы свидетельствуют о массовых насилия солдатами Вермахта женщин на захваченных территориях. Однако определить реальные масштабы сексуальной преступности во время войны, вызванной оккупантами на территории СССР сложно: прежде всего из-за отсутствия обобщающих источников. Кроме того, в советское время на этой проблеме не акцентировали внимание и не велось учета таких жертв. Определенные статистические данные могли дать обращения женщин к врачам, но они не обращались за помощью к медикам, боясь осуждения общества.
Еще в январе 1942 года народный комиссар иностранных дел СССР В.Молотов отмечал: «Нет границ народному гневу и возмущению, которые вызывают в советском населении и в Красной армии бесчисленные факты подлых насилий, подлого глумления над женской честью и массовых убийств советских граждан и гражданок, которые совершают немецко-фашистские офицеры и солдаты… Везде озверевшие немецкие бандиты врываются в дома, насилуют женщин, девушек на глазах у родных и их детей, глумятся над изнасилованными…».
На Восточном фронте среди солдат Вермахта было достаточно распространенным групповое сексуальное насилие над женщинами. Но не только немецкие солдаты занимались этим в годы оккупации, не гнушались таким поведением и их союзники. Особенно в этом, по словам свидетелей оккупации, «отличились» венгерские военные. Не остались в стороне от таких преступлений и советские партизаны.
Во Львове в 1941 году 32 работницы швейной фабрики были подвергнуты насилию, а затем убиты германскими штурмовиками. Пьяные солдаты затягивали львовских девушек и молодых женщин в парк им. Костюшко и насиловали. Ужасные сцены сексуального унижения пришлось пережить еврейским женщинам во время погрома 1 июля 1941 года во Львове. Разъяренная толпа не останавливалась ни перед чем, женщин и девушек раздевали, гоняли в нижнем белье по улицам города, что, разумеется, унижало их достоинство и наносило, кроме физических, еще и психологических травм. Например, очевидцы рассказывали такой случай: участники погромов раздели двадцатилетнюю еврейскую девушку, воткнули ей в вагину дубинку и заставили маршировать мимо почты в тюрьму на Лонцкого, где в то время проводились «тюремные работы».
О массовом изнасиловании женщин и девушек в селах Галичины говорится в сводке украинских повстанцев за октябрь 1943 года: «21 октября 1943 года началась на Долынщине пацификация. Пацификацию переводит отдел Зондерайнзацу СД в силе 100 человек, составленный исключительно из самых узбеков под руководством работника полиции безопасности в Долине поляка Яроша. Отдел узбеков приехал около 16 часов вечера в село Погорилец и устроив страшную стрельбу хотели ловить людей. Люди начали бежать кто куда мог. Все мужчины убежали в лес. Узбеки бросились по хозяйствам и начали стрелять и ловить кур и гусей, а по домам искать масло, сыр, яйца, мясо и в первую очередь самогон, затем силой заставляли женщин варить и приносить пищу им. Поев хорошо и выпив самогона ловили девушек. Насиловали там где поймали. Было несколько случаев изнасилования в присутствии родственников, которых силой заставили стоять по углам по углам, а на дочерях в наиболее рафинированный способ выплескивали свои зверские инстинкты. О количестве случаев изнасилования не узнать, так как все стесняются признаваться. Подобную пацификацию проводили в селах: Илемня, Грабов и Лопянка ». Причины таких действий повстанцы называли малое количество людей, желающих ехать в Германию из этих сел, и действия партизан в регионе.
Не менее ужасные сцены сексуального насилия проводили на Западной Украине советские партизаны. Об этом свидетельствует множество отчетов отрядов УПА, однако для иллюстрации изнасилований красными партизанами женщин все же стоит приводить советские источники — они достоверные и, главное, объективные, ведь отчеты УПА и воспоминания свидетелей в определенной степени могли «перегибать» в этом аспекте. Документы «Украинского штаба партизанского движения» свидетельствуют о сексуальном насилии над мирным населением со стороны «народных мстителей». Интересный момент: в отчетах партизанских соединений, дислоцированных на Сумщине, Черниговщине, Киевщине упоминаний об изнасиловании женщин мало, они начинают появляться с редкой периодичностью во время рейдов в Западную Украину. Объясняется это отношением советских партизан к этому политически «ненадежному» региону и недружественным восприятием Советов со стороны здешнего населения. Подавляющее большинство галычан считали их врагами и поддерживали украинских повстанцев. Не стоит сбрасывать со счетов и то, что партизаны во время рейда не слишком беспокоились о своей репутации, понимали, что, видимо, не скоро вернутся к местам своих преступлений. Находясь на той же территории, стоит думать, о налаживании нормальных отношений с населением, чтобы иметь возможность получать от него продукты питания или одежду. Во время рейда можно было все это взять силой.
Достаточно тщательно сексуальное насилие описано в докладной записке бывших партизан соединения им. Буденного В.Буслаева и Н.Сидоренко на имя руководителя НКВД УССР С.Савченко. В документе, в частности, говорится: «В селе Дубовки, под Тарнополем, была изнасилована женщина в возрасте 40-45 лет партизанами Гардоновим, Панасюком, Мезенцевым, командиром отряда Бубновым и другими. Фамилия пострадавшей неизвестно. В селе Верхобуж, под Бродами, старшина Мезенцев пытался изнасиловать девушку и ее мать 65 лет, вывел на улицу ночью и под страхом оружия требовал согласия. Поставил к стене и стрелял из автомата над головами, после чего изнасиловал… В одном селе, названия не помню, под Снятином, старшина Мезенцев, напившись пьяным, извлек пистолет и пытался изнасиловать девушку, которая убежала, тогда он изнасиловал бабушку ее, которой было 60-65 лет… Командир взвода Бублик Павел сам лично и на это подстрекал бойцов, занимался продажей за водку лошадей, которых перед отъездом забирал обратно… Систематически пил, делал самостоятельно незаконные обыски и требовал водку у населения. Делал это всегда с оружием в руках, стрелял в квартирах, запугивал население. В селе Бисков (в Карпатских горах) в квартире штаба соединения поваром штаба были простреляны окна, кухонная посуда и потолок за то, что хотел изнасиловать хозяйку, но она убежала. После чего произвел свою нужду на столе… Грабежи проводились, конечно, при обысках под предлогом — нет ли «шпионов» или «бандеровцев», а обыскам, как правило, подвергались такие места, где могли быть часы и другие ценные вещи. Такие вещи, как часы, бритва, кольца, дорогие костюмы просто безапелляционно забирались. О приближении нашего партизанского соединения населения обычно знало за 30-40 км. И в последние дни можно было встретить деревни, оставленные с одними дедами, или вообще пустые дома ».
Конечно, руководство НКВД потребовало объяснений от командования Буденновского соединения. В рапорте командир отряда «За Киев» капитан Макаров объяснил все просто. Все факты он отрицает, а партизан, которые написали записку, обвинил в измене Родине (жалобщики оставили отряд и вышли в тыл Красной армии) и связях с бандеровцами. Кстати, это довольно распространенный вид отписок командиров партизанских отрядов в случае обвинений их в мародерстве, пьянстве или сексуальном насилии. (Парадокс — получалось, что Макаров не подозревал, что в его отряде есть двое бандеровцев, а «прозрел», только когда они написали докладную записку о нарушениях в подразделении). Дело, вероятно, «замяли». По крайней мере не удалось проследить его дальнейший ход из-за отсутствия документов с указанием вынесенных фигурантам наказаний.
Как видим, женщины в годы войны нередко становились жертвами изнасилований со стороны солдат противоборствующих сторон. В послевоенное время им очень трудно было возвращаться к полноценной жизни. Ведь в СССР они не получали должной медицинской помощи, в случаях беременности не могли избавиться от плода — в Советском Союзе аборты были запрещены законом. Многие, не выдержав этого, накладывали на себя руки, кто-то переехал на другое место жительства, пытаясь таким образом обезопасить себя от пересудов или сочувствие людей и попытаться забыть пережитое.
Подготовка материала: Жанна (Москва)
Всю Великую Отечественную Войну (1941-1945) советский офицер Янис Гринвалдс вёл дневниковые записи. Делать это было запрещено, но у Гринвалдса получилось незаметно писать в крошечных записных книжках. В 2002 году эти записи были изданы в Латвии отдельной книгой. Жуткое описание мужских преступлений (от грабежей до изнасилований и убийств) хорошо иллюстрирует, что такое война. Эти записи были опубликованы в зимнем номере журнала «Ригас Лайкс. Русское издание» (зима 2015).
Некоторые отрывки из последних дней войны. Триггеры!
ГЕРМАНИЯ
Дождь. Мне не доверяют как беспартийному. Смочил рубашку и кальсоны мыльной жидкостью, а свитер — лаузотоном. Это немецкое средство от насекомых. Снова обнаружил вшей — крупную черную на рубашке и белую в волосах на груди. Германия кишит вшами. Другие офицеры отказываются от дезинфекции, хотя вши у всех. Какая тупость! Я запасся трофейными средствами для дезинфекции на весь батальон. Попытался уговорить бойцов смочить в бане новое белье этими жидкостями. Большинство послушалось.
Вчера в моей комнате надолго задержалась очень толстая полька, хозяйка квартиры. Сыну десять лет. Только около полуночи они с Полтарацким убрались. Тот вернулся через час взмыленный. Говорит, обработал как надо. Другие хотели ее силой взять, рассказывает полька, но она не может со всеми подряд. Ей 33-34 года.
Майор Кокаев арестовал Редлиха из хозвзвода за неподобающее обращение с командиром. Первый известный мне такой случай! Был у изнасилованных женщин в домике на опушке у озера. Оказались литовками. Вежливые, привлекательные. Думали, наверное, что пришел с той же целью, что и вчерашняя толпа наших солдат и офицеров.
Они с родителями на телегах бежали из Литвы и временно поселились в пустом немецком домике. Вид у них жалкий: искусанные губы, исцарапанные лица, растерянные перед новыми гостями, двумя офицерами, — я был с батальонным парторгом капитаном Барсуковым. Покорное смирение этих женщин не позволяет мне морально их истязать подробными расспросами о происходившем и происходящем в этом доме на опушке.
Тут же, на обочине, вижу трупы вояк из латышской эсэсовской дивизии… Изверги и насильники из 2-й роты остаются безнаказанными. Начальник штаба Якименко в ответ на мои моральные терзания и стыд по поводу поруганных «латышских» девушек гогочет мне в лицо.
Майор Кокаев мне: «Ищите для Бугрова хрусталь! Не для склада!» Одинцов, прославившийся на ниве снабжения в деревне Медведи, потерял машину, а виноват в этом старший лейтенант Сиренченко. По приказу майора Кокаева, стиснув зубы, пишу аттестации на награждение Крамаренко, Валюнаса и еще раз Ковальчука. От нашего батальона к наградам представлено человек пятьдесят. С парторгом батальона и двумя автоматчиками провожаю до дома заблудившуюся старую Фриду Блек. Долго блуждаем по улицам. У нее дома 80-летний столяр и две 77-летние женщины.
Подготовил ящик для полковника Дробыленко. Валюнас снова рылся в моих вещах и опять что-то спер. Снова причитания об изнасилованиях в польских семьях. Одного насильника поймал. Плюгавый, хлипкий, гнусный человечишко. Грожу пристрелить.
Бью по морде в присутствии польской семьи. Стоит. Молчит. Упрекаю поляков, что не сопротивляются, не зовут на помощь. Они машут рукой. Другие ворвутся, будут делать то же самое. Жертва надругательства, прелестная польская девочка лет 14-15, выглядит очень жалко. Волна насилия катится без препятствий. Если бы я не сдержался и пристрелил мерзкого кретина, трибунал приговорил бы меня к высшей мере, подняв тем самым волну бесчинств на новый уровень. Стыд и отчаяние. Мы же воюем во имя человечности!
У майора Кокаева уже 12 ящиков. Майор Гришин взламывает ящики генерал-лейтенанта Крюкова, ищет ценный хрусталь для полковника Дробыленко. Майор Кокаев приказал взломать его ящики и отдать мне украденную Валюнасом с моего стола стеклянную корзинку…
Парторг Барсуков готовит напитки для комиссии по проверке политической работы: ликерный экстракт + бальзам + спирт-денатурат + выданный врачом настоящий спирт, вместе — НАСЛАЖДЕНИЕ. Подполковнику и членам комиссии понравилось… Побывал у Эрны Колавег. Какой-то искатель любви при моем появлении сиганул в окно со второго этажа и убежал. Похоже, Гринько. Немка — мастерица. В комнате электричество от нашей машины. Хорошо на душе.
Начальник штаба лейтенант Якименко назначает Полтарацкого чистить улицу, а тем временем скотина, за которой должен ухаживать Полтарацкий, гибнет. Якименко пытается вредить из жуткой зависти успехам Полтарацкого на женском фронте. У капитана несколько любовниц, а на Якименко ни одна женщина даже глядеть не хочет. Высохший, сморщенный, пугающий тип с рожей горького пьяницы. Комендант гонит местных немок расчищать улицы, чтобы можно было проехать на машине. Я заговариваю с ними. Жалуются: «Поляки приставляют винтовки к груди и кричат: часы, кольца или пристрелим! Русские хватают за платья, насилуют, отбирают одежду, обувь…»
Они не гитлеровки и страдают безвинно. И если бы насиловали трое-четверо, а то одну женщину в присутствии детей изнасиловали два десятка солдат. Вот и вчера в квартиру вломилась толпа насильников. Ненависти к русским нет, среди них много хороших людей, но это невыносимо. Молодые немки по ночам прячутся. Другим приходится за них отдуваться, но солдаты ищут тех, что спрятались. Матери добровольно отдают насильникам даже младших дочерей, чтобы спасти слабейших, но не удается…
Невыразимое возмущение и бессилие! Илья Эренбург в «Армейской правде» пишет: «Все немцы одинаковые мерзавцы, буржуй это или пролетарий»…
Был у Гофманов днем и вечером. Милиционеры приводят в свой район солдат насиловать молодых работниц. Все немки обязаны трудиться. Злой разговор с солдатом-зенитчиком, пришедшим насиловать. Навел автомат, хотел выяснить, кто я такой, что защищаю немецких шпионок. Вышиб его. Но эти бандиты готовы убивать. Вечером чудесный пасхальный ужин. Пирожные. Немки много болтают. Эльза нежная. Ich bin so müde!.. Поутру тишина, как в мирном городе. Мало людей и патрулей.
Во сне был у Сталина. Сталин: «Я строг, но справедлив, подайте письменное заявление!» Я физически и душевно болен. Эльза плачет день и ночь. Негде мне в комнате приткнуться. Последний столик спер фельдшер. Нет кровати. Пишу в столовой… «Прильнула к яблоне как к родной матушке. / Роняет яблоня белые цветы, роняю я горькие слезки»… В сорок пятом году я понял глубину и трагизм этой войны. Я среди хищников с группой несчастных людей, доверившихся мне как офицеру русской армии, покинувших родной город Драмбург, чтобы помочь «врагам» бороться с фашизмом у себя на Родине.
Я не в состоянии спасти их от нечеловеческих унижений, а возможно, и от истребления. Отчаяние и невыразимый стыд! Как же они меня ненавидят в Стране дружбы народов! Звездопад орденов: Кокаеву, Гришину… После вручения орденов многие напились. Вслед за возвращающимися с работы Эльзой и Ханни в комнату вламывается Жуйнов из 2-й роты. Приказываю следовать за мной в штаб. Пока я в штабе, внутри за запертой дверью фельдшер Кошелев и Валюнас. Меня гнетут бессилие и отчаяние. Организованное изнасилование женщин…
Ночью ко мне в комнату с фонарем вломился Кашаури — дежурный со своим помощником. Проверял, не с немками ли я. Немыслимое оскорбление! Привел трех коров. Старший лейтенант Простиков, бывший чекист, рассказывает: «Километрах в пяти отсюда, в доме у озера, семь свежих трупов немецких женщин и детей. Изнасилованные…» В Ландсберге, где он поселился, были три девушки.
До его прибытия вломились десять солдат, все разгромили, собирались насиловать. Он не позволил, выгнал, пригрозив доложить их полковнику. Девять дней пробыл в доме у девушек. Милые, прелестные и бесконечно благодарные. Старшая с ведома матери ему отдалась. Вся семья очень благодарна за защиту. Теперь он снова побывал в Ландсберге. Весь дом разорен, окна выбиты, и ни одной живой души… Он против насилия. Поэтому только со мной разговаривает… Болит сердце…
Побывал у заместителя командира 2-го гвардейского кавалерийского корпуса по тылу подполковника Иванова. Был чрезвычайно взволнован. Рассказал про свое непонятное положение в нашей части. В «Правде» статья Константинова (если правильно помню) против Ильи Эренбурга, неправильно и очень вредно настраивающего войска в Германии. Не все немцы гитлеровцы!
Сердце переполнено отчаянием. Замерзли мои весенние цветы. Эльзиной любви нет. Переосмысливаю увиденное 21 апреля, когда подвыпившая Эльза рассказывала сальные анекдоты. Она ждала, что я буду смеяться, и была поражена, что пошлость мне отвратительна… Раньше она хвалила французское мастерство в любовных делах… Были у нее французские знакомые из работающих на заводах… Зачитали приказ: «Не грабить, не чинить насилие, не преследовать и не выгонять немцев из квартир».
Мы находимся в дачном районе Берлина. Спалось плохо, донимали кошмары. Вчера в разоренном трактире привязалась немка. Устоял, хотя нашел в ее присутствии кипу порнографических открыток и прочие пошлости. Отдал ей там же найденный кусок мыла. Жала руку, благодарила… Хочет меня, вся распаренная, подошла совсем вплотную, продолжает с горящими глазами бормотать, что муж пропал в Берлине, ушел и не вернулся. Он старый, 60 лет. Сдержался и утешал, что пусть потерпит, это пройдет. Но едва не оскоромился.
В 18.00 торжественное первомайское собрание с участием генерал-майора Мансурова. Пела Русланова, жена генерал-лейтенанта Крюкова. Выступила фронтовая концертная бригада. Из 24-го полевого госпиталя получаем четырех коров. В благодарность за помощь в голодную пору. Приехал Валюнас.
Начальник тыла Иванов и начальник штаба грозят ему трибуналом за присвоение трофейного имущества. Доля истины в этом есть. Но тогда и майоров Кокаева с Гришиным надо привлекать как соучастников. Даже у сапожника Ковальчука несколько чемоданов с трофеями. У Сонькина и других тоже. У каждого шофера целое состояние. А вот у Иванова и Соловьева чемоданов маловато. Валюнас про них забыл. На 1 и 2 мая выдаем по 100 г вина в день.
Красивое прохладное утро. Отцветают яблони. Гудят самолеты. Вчера был скандал с Гришиным. Тот написал записку Люлько — дать две бутылки вина. Сегодня Люлько вино выдал. Я разрешил. Но вчера не дал. Валюнас пишет штабу тыла объяснительную, что все награбленное сдал на склад. Врет, конечно. С нашего склада без учета брали вещи очень высокие чины. Соловьев это прекрасно знает и должен молчать. Но правда и в том, что Валюнас ничего из награбленного на склад не сдавал, сдавал Гринвалдс. Все, что собрал со своими подчиненными.
Мало пьяных, но шофер майора Кокаева Усольцев в стельку. Берлинские немки рвутся к кухонным отбросам. К ним пристают подвыпившие солдаты с непристойными предложениями. Наше начальство запрещает отдавать немкам отбросы, велит гнать от кухонь. Кокаев и Гришин в отношении берлинцев придерживаются диаметрально противоположных позиций. Продуктов нам хватает, всегда остается много еды, а в Берлине голод. Немки жалуются на насилие и грабежи под дулами револьверов. Мне и самому доводилось пресекать безобразия самыми жесткими мерами с пистолетом в руке…
Красавица блондинка Эмми приглашает меня в гости на улицу Герты, 23. Роскошный дом. Живут в нем две женщины — хозяйка и Эмми. Она не замужем. Решаю воздержаться. Просит продукты. Обещает прийти сама… Хочу понять немок, завязываю разговор.
Помочь могу мало чем, понять их психику еще меньше… Некоторые готовы отдаться… Одних на это толкает голод… Других — бескорыстная тяга к авантюрам, приключениям, но кто знает, где кончается добровольность и начинается насилие.
Если вам понравился этот пост, вы можете поддержать нас финансово .
- Поделиться постом в
Мы все привыкли считать представителей этого народа наивными и миролюбивыми жителями Крайнего Севера. Дескать, всю свою историю чукчи пасли стада оленей в условиях вечной мерзлоты, охотились на моржей, а в качестве развлечения дружно били в бубны.
Анекдотичный образ простака, который все время произносит слово «однако», настолько далек от реальности, что это действительно шокирует. Между тем, в истории чукчей немало неожиданных поворотов, а их быт и нравы до сих пор вызывают споры у этнографов. Чем же представители этого народа так отличаются от других обитателей тундры?
Называют себя настоящими людьми
Чукчи – единственный народ, мифология которого откровенно оправдывает национализм. Дело в том, что их этноним произошел от слова «чаучу», которое на языке аборигенов севера обозначает владельца большого числа оленей (богача). Данное слово услышали от них русские колонизаторы. Но это не самоназвание народа.
«Луораветланы» – так чукчи именуют себя, что переводится как «настоящие люди». Они всегда высокомерно относились к соседним народам, а себя считали особенными избранниками богов. Эвенков, якутов, коряков, эскимосов в своих мифах луораветланы называли теми, кого боги создали для рабского труда.
По данным Всероссийской переписи населения 2010 года, общая численность чукчей составляет всего 15 тысяч 908 человек. И хотя этот народ никогда не был многочисленным, умелые и грозные воины в непростых условиях сумели завоевать огромные территории от реки Индигирки на западе до Берингова моря на востоке. Их земли по площади сопоставимы с территорией Казахстана.
Раскрашивают лица кровью
Чукчи делятся на две группы. Одни занимаются оленеводством (кочевники-скотоводы), другие охотятся на морского зверя, по большей части, добывают моржей, поскольку живут на берегу Северного Ледовитого океана. Но это основные занятия. Оленеводы тоже занимаются промыслом, они добывают песцов и других пушных животных тундры.
После удачной охоты чукчи раскрашивают свои лица кровью убитого зверя, при этом изображая знак своего родового тотема. Затем эти люди совершают ритуальное жертвоприношение духам.
Воевали с эскимосами
Чукчи всегда были умелыми воинами. Представьте себе, сколько храбрости необходимо, чтобы выходить в океан на лодке и нападать на моржей? Впрочем, не только животные становились жертвами представителей этого народа. Они часто совершали грабительские походы на эскимосов, перебираясь в соседнюю Северную Америку через Берингов пролив на своих лодках, сделанных из древесины и моржовых шкур.
Из военных походов умелые воины привозили не только награбленное добро, но и рабов, отдавая предпочтение молодым женщинам.
Интересно, что в 1947 году чукчи в очередной раз решили пойти войной на эскимосов, тогда лишь чудом удалось избежать международного конфликта между СССР и США, ведь представители обоих народов официально являлись гражданами двух супердержав.
Грабили коряков
Чукчи за свою историю успели изрядно насолить не только эскимосам. Так, они часто нападали на коряков, отбирая их оленей. Известно, что с 1725 по 1773 годы захватчики присвоили около 240 тысяч (!) голов чужого скота. Собственно, чукчи занялись оленеводством после того как ограбили соседей, многим из которых пришлось добывать себе пропитание охотой.
Подкравшись к поселению коряков в ночи, захватчики протыкали копьями их яранги, стремясь сразу же убить всех хозяев стада, пока они не проснулись.
Татуировки в честь убитых врагов
Чукчи покрывали свои тела татуировками, посвященными убитым врагам. После победы воин наносил на тыльную сторону запястья правой руки столько точек, сколько противников он отправил на тот свет. На счету некоторых опытных бойцов было столько поверженных врагов, что точки сливались в линию, идущую от запястья к локтю.
Предпочитали смерть плену
Чукотские женщины всегда носили при себе ножи. Острые лезвия были нужны им не только в быту, но и на случай самоубийства. Поскольку пленные люди автоматически становились рабами, чукчи предпочитали смерть такой жизни. Узнав о победе врага (например, явившихся отомстить коряков), матери сначала убивали своих детей, а потом и самих себя. Как правило, они бросались грудью на ножи или копья.
Проигравшие воины, лежащие на поле брани, просили своих противников о смерти. Причем, делали это равнодушным тоном. Единственным пожеланием было – не мешкать.
Выиграли войну с Россией
Чукчи – единственный народ Крайнего Севера, воевавший с Российской империей и одержавший победу. Первыми колонизаторами тех мест стали казаки, руководил которыми атаман Семен Дежнев. В 1652 году они построили Анадырский острог. За ними на земли Заполярья отправились другие искатели приключений. Воинственные северяне не захотели мирно соседствовать с русскими, а уж тем более – выплачивать налоги в имперскую казну.
Война началась в 1727 году и длилась более 30 лет. Тяжелые бои в непростых условиях, партизанские диверсии, хитроумные засады, а также массовые самоубийства чукотских женщин и детей – все это заставило русские войска дрогнуть. В 1763 году армейские части империи были вынуждены покинуть Анадырский острог.
Вскоре у берегов Чукотки появились корабли англичан и французов. Возникла реальная опасность, что эти земли захватят давние противники, сумев договориться с местным населением без борьбы. Императрица Екатерина II решила действовать дипломатичнее. Она предоставила чукчам налоговые льготы, а их правителей буквально осыпала золотом. Русским жителям Колымского края было приказано, «… чтобы они отнюдь ничем не раздражали чукоч, под страхом, в противном случае, ответственности по суду военному».
Такой мирный подход оказался гораздо более эффективным, чем войсковая операция. В 1778 году чукчи, задобренные властями империи, приняли российское подданство.
Смазывали стрелы ядом
Чукчи прекрасно владели своими луками. Они смазывали наконечники стрел ядом, даже легкое ранение обрекало жертву на медленную мучительную и неминуемую смерть.
Бубны обтягивали человеческой кожей
Чукчи сражались под звуки бубнов, обтянутых не оленьей (как положено по обычаю), а человеческой кожей. Такая музыка нагоняла ужас на врагов. Об этом говорили русские солдаты и офицеры, воевавшие с аборигенами севера. Колонизаторы объясняли свое поражение в войне особой жестокостью представителей этого народа.
Воины умели летать
Чукчи во время рукопашных схваток перелетали через поле битвы, приземляясь в тылу врага. Как они совершали прыжки на 20-40 метров и после этого могли сражаться? Ученые до сих пор не знают ответа на этот вопрос. Вероятно, умелые воины использовали особые приспособления вроде батутов. Данный прием часто позволял одерживать победы, ведь противники так и не поняли, как ему противостоять.
Владели рабами
Чукчи владели рабами вплоть до 40-х годов ХХ века. Женщин и мужчин из бедных семей часто продавали за долги. Они выполняли грязную и тяжелую работу, как и захваченные в плен эскимосы, коряки, эвенки, якуты.
Обменивались женами
Чукчи вступали в так называемые групповые браки. В них входили несколько обычных моногамных семей. Мужчины могли обмениваться женами. Такая форма социальных отношений была дополнительной гарантией выживания в тяжелых условиях вечной мерзлоты. Если кто-то из участников подобного союза погибал на охоте, то о его вдове и детях было, кому позаботиться.
Народ юмористов
Чукчи могли прожить, найти кров и еду, если обладали способностью смешить людей. Народные юмористы переезжали из стойбища в стойбище, веселя всех своими шутками. Их уважали и высоко ценили за талант.
Изобрели памперсы
Чукчи первыми изобрели прообраз современных подгузников. Они использовали слой мха с оленьей шерстью как впитывающий материал. Новорожденного одевали в подобие комбинезона, меняя импровизированный подгузник несколько раз в день. Жизнь в условиях сурового севера заставляла людей быть изобретательными.
Меняли пол по приказу духов
Чукотские шаманы могли сменить пол по указанию духов. Мужчина начинал носить женскую одежду и вести себя соответственно, иногда он буквально выходил замуж. А вот шаманка, напротив, перенимала стиль поведения сильного пола. Такого перевоплощения, по верованиям чукчей, от своих служителей иногда требовали духи.
Старики умирали добровольно
Чукотские старики, не желая быть обузой для своих детей, часто соглашались на добровольную смерть. Известный писатель-этнограф Владимир Богораз (1865-1936 гг.) в своей книге «Чукчи» отметил, что причиной возникновения такого обычая стало вовсе не плохое отношение к пожилым людям, а тяжелые условия жизни и недостаток пищи.
Часто добровольную смерть выбирали тяжелобольные чукчи. Как правило, таких людей убивали через удушение ближайшие родственники.
Военные изнасилования — это не всегда просто индивидуальный акт агрессии отдельного или многих мужчин над отдельной женщиной. Зачем солдаты повсеместно насилуют «женщин врага»? Списывать все на «биологию» и «животную жажду секса и насилия» — значит упрощать картину и закрывать глаза на политэкономию военных изнасилований. Это политический и социальный феномен, и массовые изнасилования признаны одним из инструментов ведения военных действий.
Женщины во время войн оказываются особенно уязвимыми. Открыто говорить о массовых изнасилованиях во время Второй мировой начали только недавно. В отчете ООН за 2016 год собрана информация о сексуальном насилии во время военных действий в Афганистане, Центральноафриканской Республике, Колумбии, Демократической Республике Конго, Ираке, Ливии, Мали, Южном Судане, Сирии, Йемене и других странах. Этот вопрос также актуален в отношении женщин, которые подвергаются насилию в регионах, охваченных войной в Украине.
Сексуальное насилие в восточных регионах Украины не используется в стратегических или тактических целях, утверждается в докладе Управления Верховного комиссара ООН по правам человека. Данные практики использовались как средство пыток и жестокого обращения с целью наказания, унижения или принудительного признания. Кроме того, к сексуальному насилию обращаются для того, чтобы вынудить людей, лишенных свободы, уступить право на собственность либо выполнить другие требования насильников в обмен на обеспечение безопасности или освобождение.
Сексуальное насилие как средство пыток происходит как в отношении женщин, так и мужчин.
В большинстве задокументированных случаев сексуальное насилие осуществлялось в виде избиений, травмирования гениталий электрическим током, изнасилований и угроз изнасилованием, принудительного обнажения. Некоторые из случаев в привязке к вооруженному конфликту могли бы составлять военные преступления, говорится в докладе.
Что же такое «военная культура» и как она связана с легитимацией массовых изнасилований? Что происходит с выжившими женщинами и какие эффекты массовые изнасилования производят на сообщество?
Военная культура и «женщины врага»
Эксперт по международному гуманитарному праву Duke Law School Маделен Моррис в исследовании изнасилований во время войны пришла к выводу, что сама специфика военной подготовки создает предпосылки для поощрения насилия над женщинами.
Совокупность характеристик военной подготовки Моррис называется военной культурой. Ключевые свойства военной культуры, делающие насилие нормой, — это деиндивидуализация, гипермаскулинность, специфика отношения к сексуальности и женщинам.
Деиндивидуализацию Моррис объясняет как лишение человека индивидуальности. Деиндивидуализированные солдаты верят в существование общности, солидаризируются вплоть до готовности отдать жизнь друг за друга, перестают сомневаться в том, за что и за кого воюют. Для успешного участия в вооруженном конфликте необходимы хорошо подготовленные люди, которые воспринимают войну всерьез и готовы сражаться до последнего.
Для деиндивидуализации характерно создание крепких связей внутри группы, которые производят высокую степень взаимной поддержки и солидарности. Это, однако, сопровождается возможностью самых жестких действий по отношению к другим, чужим, тем, кто воспринимается как враг сообщества.
С той же страстью, с которой солдаты готовы защищать «своих женщин», они могут измываться над «женщинами врага», ведь нет «просто людей», но есть «свои» и «чужие», и пропасть между ними огромна.
Высокая степень солидарности и взаимоподдержки, как и ненависть к врагу – продукты деиндивидуализации, вносящие огромный вклад в легитимацию массовых изнасилований в период вооруженных конфликтов.
Гипермаскулинность – это то, что создает «настоящего мужчину на войне». Именно вокруг маскулинности выстраивается общая для всех участников группы идентичность. Моррис подчеркивает : «Мир солдата характеризуется стереотипной маскулинностью. Его язык – это сквернословие, он исповедует прямую и грубую сексуальность, его мужественность – это его оружие, средство измерения компетенции, способности воевать и уверенности в себе».
В военной культуре секс понимается как эксплуатация мужчиной женщины, агрессия и доминирование. Женщина в дискурсе гипермаскулинности — средоточие качеств, которые считаются проявлением слабости и второсортности, а значит, женщины воспринимаются как ущербные и неполноценные люди.
В ситуации, когда маскулинность выстраивается как не-феминность (одно из самых сильных оскорблений для мужчины — «ведешь себя как баба» и т.п.), женщины олицетворяют тех других, через доминирование над которыми мужчина/солдат утверждается в своей мужественности.
На войне насиловать «недолюдей-женщин», да еще и принадлежащих врагу, оказывается не просто допустимой, но и обязательной практикой. Те же самые мужчины, которые любят своих жен и дочерей и являются примерными семьянинами и гражданами в мирное время, на войне оказываются способны на самые жестокие поступки в отношении «женщин врага».
Политэкономия военных изнасилований
Каковы социоэкономические последствия изнасилований женщин в зонах военных действий?
В ряде традиционных обществ, где сильны патриархальные устои, изнасилованная женщина изгоняется из сообщества ввиду пережитого «позора». Женщина лишается доступа к земельным и материальным ресурсам, ведь основными собственниками являются ее отец, брат, муж, сын. В большей части Африки дети, рожденные в результате изнасилования, никогда не смогут стать частью сообщества, как и их матери.
В случае не международного вооруженного конфликта, изнасилование — это продуктивный экономический метод ведения войны, оно дает доступ к имуществу женщины: после изнасилования насильник остается в доме и пользуется всем, что принадлежало семье изнасилованной женщины.
Иногда военные изнасилования намеренно осуществляются таким образом, чтобы их видели как можно больше людей, принадлежащих к тому же сообществу, что и женщина. В таких случаях изнасилование – это не столько акт над отдельно взятой женщиной, сколько над всем сообществом, особенно над мужчинами. Насилуя «женщину врага», военные символически насилуют и все сообщество , демонстрируя власть и силу.
Комбатанты могут использовать сексуальное насилие для отчуждения женского труда по воспроизводству детей. Изнасилование делает невозможным для женщины растить детей в своем собственном сообществе в силу ее «запятнанности». Нередко женщинам специально причиняют травмы, чтобы они физически уже не могли забеременеть . В некоторых сообществах смыть позор насилия можно лишь через убийство изнасилованной женщины.
Стрелять по вагинам
В книге Наоми Вульф «Вагина: новая история женской сексуальности» один из основных тезисов заключается в том, что значение вагины в жизни женщины недооценено, и мы сами понятия не имеем, насколько это важная часть нашего тела. Дело в том, что через тазовый нерв вагина оказывает существенное влияние на процессы в мозге.
Целостность и «удовлетворенность» вагины напрямую связана с жизненной энергией женщины, способностью радоваться, получать удовольствие, достигать целей и творить.